воскресенье, 8 мая 2016 г.

полет по приборам

 

image

 

Простая мысль. Про шкалу восприятия.

Психологам свойственно залезать в дебри по малейшему на то поводу. Как-то – чем ощущение отличается от эмоции, представление от восприятия и тд

Договариваться о терминах конечно нужно, но как бы их не определять, все равно весь “когнитив” имеет смысл попробовать выстроить вдоль оси (одной – для начала)

Показывающей близость субъективного восприятия к объекту реального мира.

Новая мысль в чем. Да, в большинстве своем речь пойдет про симулякры-деривативы от первичных ощущений, причем и они тоже не есть сам первичный объект, который в принципе недоступен.

Всегда ли так?

Попробуем теперь принять на веру какую-нибудь супервентную модель. Гуссерлю мы бы не понравились. Но речь не о нем.

А о том, что если модель подразумевает обработку фотонов (или что-то иное - какая-то материя наверное должна служить носителем информации), то получается,что фотон – это И часть внешнего мира, И квант изменения мира внутреннего. То есть имеем некий переход от фотона как объекта изучения во внешнем мире к фотону как части мира субъективного. В этом смысле можно “наполовину” залезть в сам объект внешнего мира. Получается, что объективный мир не такой уж и недоступный в принципе. Как-то так.

 


 

 

Феноменоло́гия (нем. Phänomenologie — учение о феноменах) — направление в философии XX века, определявшее свою задачу как беспредпосылочное описание опыта познающего сознания и выделение в нём сущностных черт.

Феноменология началась с тезиса Гуссерля «Назад, к самим вещам!», который противопоставляется распространенным в то время призывам «Назад, к Канту!», «Назад, к Гегелю!» и означает необходимость отказаться от построения дедуктивных систем философии, подобныхгегелевской, а также от редукции вещей и сознания к каузальным связям, изучаемым науками. Феноменология, таким образом, предполагает обращение к первичному опыту, у Гуссерля — к опыту познающего сознания, где сознание понимается не как эмпирический предмет изучения психологии, но как «трансцендентальное Я» и «чистое смыслообразование» (интенциональность).

 

Выявление чистого сознания предполагает предварительную критикунатурализма, психологизма и платонизма и феноменологическую редукцию, в соответствии с которой мы отказываемся от утверждений относительно реальности вещественного мира, вынося его существование за скобки[1].

 

 

Феноменологические редукции делятся на три вида. Во-первых, чистая феноменология отвлекается от естественной установки, то есть наивной погружённости во внешний мир, и сосредоточивает внимание на самом акте (переживании) сознания, в котором мир нам даётся (феноменолого-психологическая редукция). Во-вторых, феноменология берёт эти переживания сознания не как конкретные факты, а как идеальные сущности (эйдетическая редукция). В-третьих, феноменология не останавливается на редукции к переживаниям сознания, и далее уже не только внешний мир, но и сферу душевного, сознание — как поток переживаний конкретного эмпирического субъекта — редуцирует к чистому сознанию (трансцендентальная редукция).

 

Гуссерль апеллирует к философии, способной, по его мысли, восстановить утраченную связь с глубочайшими человеческими заботами. Он не удовлетворяется строгостью логических и дедуктивных наук и усматривает главную причину кризиса науки, а также европейского человечества, в неумении и нежелании современной ему науки обращаться к проблемам ценности и смысла. Радикальная строгость, которая при этом подразумевается, есть попытка дойти до «корней», или «начал», всего знания, избегая всего сомнительного и принимаемого на веру. Решившемуся на такое предстояло глубокое понимание своей ответственности. Эту ответственность невозможно перепоручить кому бы то ни было. Тем самым она потребовала полной научной и моральной автономии исследователя.

 

Основой познания для Гуссерля является очевидность(непосредственное созерцание); критерий очевидности в познании Гуссерль называет «принципом всех принципов». Иными словами, гносеологическое исследование должно быть беспредпосылочным, то есть должно основываться только на очевидно усматриваемом, отказываясь от всяких предварительных теорий.

 

Привилегированное место в составе сознания отводится чувственным созерцаниям (восприятиям, представлениям и т. д.) как основополагающему элементу, лежащему в основе всех остальных переживаний сознания (ценностных, волевых и пр.). При этом «основополагающим», «праисконным» опытом является восприятие; другие чувственные созерцания — его модификации.

 

Очевидность присуща не только созерцанию реально существующих вещей в чувственном опыте, но и созерцаниюсущностей (идеация). Таким образом, постулируется бытие и возможность непосредственного созерцания (идеации) идеальных объектов — сущностей, значений.

 

Благодаря аналогизирующему восприятию для субъекта появляется Другой (то есть отличный от «меня» субъект). Рассуждая в перспективе первого лица, можно сказать, что, по Гуссерлю, первоначально мне в опыте дано лишь одно «живое тело» (психо-физическое единство, тело в сочетании с субъективностью) — моё собственное. Обнаруживая другое тело, подобное моему, я по аналогии с собой приписываю ему и свойство быть психо-физическим «живым телом», то есть субъектом. Вслед за этим и «мой окружающий мир» оказывается общим для меня и Другогообъективным (интерсубъективным) миром.

 

Основополагающими в составе сознания для Гуссерля являются чувственные созерцания (представления, а из них в особенности —восприятия) — «нижний слой потока переживаний». Они лежат в основе всех прочих переживаний сознания — «чувствующих, вожделеющих,волящих» и др.[14] Нельзя чего-то бояться, что-то желать или оценивать, если оно не представлено.[15]

 

Мир случаен — сознание абсолютно. Бытие переживаний сознания несомненно: невозможно сомневаться в существовании переживания, если оно переживается, присутствует в сознании. Напротив, бытие интенциональных предметов всегда сомнительно: восприятие может оказаться лишь иллюзией, галлюцинацией. «Итак, тезису мира — мир „случаен“ — противостоит тезис моего чистого Я, жизни моего Я, которая является „необходимой“, абсолютно несомненной»[38].

 

 

Из бытия потока чистого сознания абсолютно не вытекает «что непременно долженбыть мир, что непременно должна быть какая-то вещь», сознание не зависит от существования трансцендентного и сохраняется и при уничтожении мира[41].

 

Всё трансцендентное доступно опыту, «может становиться данностью», а всякие попытки выйти за пределы переживаний сознания и «дотянуться» до самого трансцендентного предмета бессмысленны. Есть лишь «реальный состав переживания и то, что сознается в таковом как нереальное»[44].Даже абсолютный субъект (Бог) не мог бы созерцать вещи иначе чем в явлениях, — говорит Гуссерль, — данность вещей лишь в форме явлений обусловлена сущностью вещи[46].

неинтенциональны (по крайней мере актуально) фоновые переживания сознания, на которые в данный момент не устремлено внимание, — фон восприятия, на котором не сфокусирован взгляд; переживания, соседние во времени в потоке сознания и оказывающие влияние на актуальное переживание, — то, что, по словам Гуссерля, не входит в сферу cogito и что У. Джеймс называл «ореолом».

фоновые переживания «скрывают в себе интенциональность».[56]

Ноэзис — это переживание, взятое так, как будто бы за ним не стояло никакое бытие (физическая вещь или идеальная сущность), как будто бы оно ничего не представляло, кроме самого себя. Ноэма — это содержание переживания, когда мы рассматриваем переживание как сопряженное с чем-то трансцендентным самому реальному составу переживания

 

Подразумеваемый предмет. Подразумеваемый предмет — это «центральная точка» изменчивового, непостоянного ядра; это то, чтовоспринимается, то, на что нацелено переживание[70]

 

Ранняя позиция Гуссерля, выражаемая в «Логических исследованиях», заключается в том, что Я — лишь единство эмпирического сознания (то есть переживания сознания, а также их связи)[80]. Содержания сознания относятся к психическому Я как стороны воспринимаемой вещи к вещи в целом[81].

Феноменологическая редукция эмпирического Я даёт в этом случае не чистое, трансцендентальное Я, как в более поздних произведениях Гуссерля, а время потока сознания, его «темпоральное единство»[82].

Мемы&медиавирусы

Loading...