пятница, 16 октября 2015 г.

про куматоиды запрограмированные

 

«Куматоид – это особый термин, специально изобретенный автором концепции для выражения
специфики социальных процессов. Суть предложенного (сугубо «доморощенного») термина в том, что зако-
номерности волновых процессов определяются не материалом, а особенностями самой «волны». Материал лишь
реализует прохождение волны, хотя в некоторых рамках сам материал не дает возможности такой реализации
(волна, скажем, не может возникать и распространяться там, где водоем пересох). Однако в принципе не матери-
ал порождает свое движение, а движение волны заставляет «колебаться» те или иные частицы». [1]

http://rozova.net/wp-content/uploads/2015/09/Alt2.pdf

 

Альтернативная теория куматоидов Ю.С. Хохлачев

 


 


Сам Розов в своих работах не дал однозначного определения понятия «куматоид», вместо этого он указал
на некоторые свойства куматоидов и привёл примеры объектов, которые, по его мнению, проявляют такие свой-
ства.
В работе «Философия науки и техники» [2] Розов сформулировал положение, указывающее на существо-
вание нового класса объектов:
«Предсказание поведения больших систем требует также использования категорий потенциально воз-
можного и действительного. Новым содержанием наполняются категории «качество», «вещь». Если, например, в
период господства представлений об объектах природы как простых механических системах вещь представля-
лась в виде неизменного тела, то теперь выясняется недостаточность такой трактовки, требуется рассматривать
вещь как своеобразный процесс, воспроизводящий определённые устойчивые состояния и в то же время измен-
чивый в ряде своих характеристик (большая система может быть понята только как динамический процесс, ко-
гда в массе случайных взаимодействий её элементов воспроизводятся некоторые свойства, характеризующие це-
лостность системы)».

Такое определение понятия «вещь» вызывает много вопросов. Ещё Гераклит говорил о том, что в мире нет ничего неизменного, однако только с развитием термодинамики появилась возможность объяснить глубин- ные механизмы этого явления. Это сделал в 1865г. Р. Клаузиус. Для характеристики процессов превращения энергии он ввёл понятие эн- тропии, которая характеризует направление протекания самопроизвольных процессов в любой материальной си- стеме и является мерой их необратимости. В 1877г. Л. Больцман дал понятию энтропии статистическое истолко- вание. При помощи этого понятия формулируется второе начало термодинамики: энтропия замкнутой системы всегда только увеличивается, т.е. такая система, предоставленная самой себе, стремится к тепловому равнове- сию, при котором энтропия максимальна.

 

Поскольку любая материальная структура содержит какой-либо тип неоднородности, в ней постоянно идут процессы, сопровождающиеся ростом энтропии, что рано или поздно приведёт к разрушению данной структуры. Исключение составляют неравновесные термодинамические процессы, исследованием которых за- нимался И. Пригожин [3]. В неравновесных системах, как показал Пригожин, возможно локальное снижение эн- тропии и, соответственно, возникновение и устойчивое существование разного рода структур. Однако для под- держания системы в неравновесном состоянии необходим постоянный приток энергии.

Таким образом, научно обоснованный взгляд на вещи «как на своеобразные процессы» надо отсчиты- вать со времени появления работы Клаузиуса, а если этот процесс ещё и «воспроизводит определённые устой- чивые состояния», – от появления работ Пригожина, поскольку в результате процессов деградации системы, связанных с постоянным ростом в ней энтропии, устойчивые состояния воспроизводиться никак не могут. Так что в том, что касается вещественных структур, определение Розова распространяется исключительно на нерав- новесные системы

 

Куматоид – ключевой термин теории социальных эстафет, которая более сорока лет разрабатывалась Ро- зовым и его коллегами в рамках, в частности, новосибирского семинара по философии и методологии науки. Коротко с основными положениями теории социальных эстафет можно ознакомиться из описания, пред- ставленного на сайте, посвящённо

 

Теория социальных эстафет выросла из проблем эпистемологии или, точнее, из глобальной проблемы способа бытия знания и семиотических объектов вообще. Постановка этой проблемы обусловлена тем, что гу- манитарные науки и эпистемология в их числе имеют дело с текстом, а последний выступает как бы в двух ипо- стасях: с одной стороны, это некоторое материальное, вещественное образование, представленное звуковыми колебаниями, пятнами краски на бумаге и т. п., а с другой, – нечто несущее смысл, значение, нечто нами пони- маемое. При этом бросается в глаза, что знание безразлично в широких пределах к материалу своего воплоще- ния, к характеру звуков, красок, бумаги и т.д. Его содержание не зависит от того, записали мы наши мысли на камне или папирусе, произнесли вслух или занесли в электронную память вычислительной машины. Отвлекаясь от общефилософских или чисто психологических постановок, проблему можно сформулиро- вать так: что образует «тело» знания, его социальную «субстанцию», в рамках каких социальных «сил» текст как чисто вещественное образование становится знанием? Мы имеем здесь дело с одной из тех проблем, которые, допуская почти обыденную простоту и тривиальность постановки, затрагивают, тем не менее, фундаментальные основы соответствующей науки. Речь идет фактически о выявлении такой социальной реальности, которая позволила бы устранить дуа- лизм материала текста и его смысла, объединить знаковую форму и содержание. Напрашивается мысль, что смысл, содержание – это диспозиция текста, некоторое его свойство. Текст может быть понят, может быть ис- толкован как знание. Но кем именно? Диспозиция предполагает отношение, предполагает нечто такое, по отно- шению к чему объект проявляет свои особенности. Кто же выступает в качестве понимающего? Очевидно, что этот некто должен владеть языком, на котором произнесен или написан текст, т. е. обладать способностью по- нимать тексты на данном языке.

 

Иными словами, понимание одного текста предполагает понимание других. Строго говоря, в этом уже есть некоторая зацепка, но непосредственно мы не продвинулись ни на шаг вперед. А чем понимающий отлича- ется от непонимающего? Состоянием нервных клеток? Может быть, но это опять-таки не приближает нас к удо- влетворительному решению проблемы, ибо сразу возникает новый вопрос: чем обусловлено это состояние, поз- воляющее всем представителям данной культуры понимать текст в значительной степени одинаково, по крайней мере на некотором уровне?

 

К решению приводят довольно тривиальные соображения. Для понимания текста необходимо знать язык, а каким образом мы усваиваем этот последний, как он передается от поколения к поколению? Лингвисты давно пришли к пониманию того, что у ребенка нет никаких других возможностей для овладения родным языком, кроме как подражать взрослым, т. е. воспроизводить образцы живой речи. Иначе чем объяснить, что в одном окружении ребенок начинает говорить по-русски, а в другом – по-китайски? Но не означает ли это, что и вся наша Культура в конечном итоге живет и передается от поколения к по- колению на уровне постоянного воспроизведения непосредственных образцов поведения? Рассуждая таким об- разом, мы и приходим к представлению о социальных эстафетах как о некоторых исходных, базовых механиз- мах социальной памяти

 

Во-первых, нетрудно показать, что фактически существуют не отдельные эстафеты, а более или менее сложные эстафетные структуры, в рамках которых эстафеты связаны и взаимодействуют друг с другом. Напри- мер, наблюдая за поведением человека, вы не сумеете понять, что именно он делает, т. е. какова его цель, если не проследите, какие именно результаты его действий и как используются в дальнейшем им самим или другими.

 

Этот признак вызывает много вопросов. Рассмотрим пример, с помощью которого данный признак вво- дится. «Начнём со старой, старой проблемы, которая волновала ещё древних греков. Представьте себе легендар- ный корабль Тезея, который дряхлеет и который все время приходится подновлять, меняя постепенно одну дос- ку за другой. Наконец, наступает такой момент, когда не осталось уже ни одной старой доски. Спрашивается, перед нами тот же самый корабль или другой? <…> Специфическая особенность куматоидов – их относительное безразличие к материалу, их способ- ность как бы «плыть» или «скользить» по материалу подобно волне. Этим куматоиды отличаются от обычных вещей, которые мы привыкли идентифицировать с кусками вещества. Если вернуться к кораблю Тезея и к той проблеме, которая мучила уже древних греков, то можно сказать, что как куматоид корабль остаётся одним и тем же, но как тело, как кусок вещества он меняется и становится другим кораблём» [2].

 

Ничто не мешает нам в мысленном эксперименте с мифическим кораблём заменять доски не дожидаясь, пока они придут в полную негодность. Производить, так сказать, предупредительный ремонт, соблюдая при этом все условия сохранности куматоида, которые заданы Розовым (вынимаем строго по одной доске). Однако при этом доски оригинала не выбрасываем, а последовательно соединяем их в том же порядке, в котором они были соединены на корабле. Наконец в «момент, когда не осталось уже ни одной старой доски», обнаруживаем, что перед нами уже два корабля Тезея: полностью обновлённый корабль Тезея и воссозданный из частей оригинал. Никто также не мешает в мысленном эксперименте построить таким способом целую флотилию кораблей и утверждать при этом, что каждый из них – истинный корабль Тезея. Обнаруженное противоречие говорит о том, что пространственная конфигурация объекта не может быть инвариантом, а её сохранение – признаком куматоида.

 

Это противоречие имело весьма неприятные последствия для теории куматоидов. Любые вещественные объекты в каждый момент времени имеют некоторую пространственную конфигурацию, а твёрдые тела могут сохранять свою конфигурацию в течение весьма продолжительного времени. Поскольку в результате энтропий- ных процессов происходит изменение внутренней структуры вещества и, зачастую, и химического состава, это можно истолковать как процесс замены материала при сохранении инварианта – пространственной конфигура- ции. В результате перечень куматоидов можно расширять неограниченно. Так, собственно, и произошло. «Нетрудно видеть, – говорится в одном из учебных пособий по философии и методология науки, – что в принципе любой материальный объект по способам и формам своего проявления является куматоидом [7]». Однако классификация, которая включает в себя все (или почти все) объекты, попросту не имеет смысла.

 

известный философ проф. А.Л. Никифоров опубликовал критическую статью, которая называлась «Как куматоид куматоиду…». Статья заканчивалась так: «Мы с проф. Розовым тоже, конечно, два куматоида, ибо воспроизводим какие-то программы жизнедея- тельности, постоянно изменяясь физически. И как куматоид куматоиду я должен сказать: подход интересный и многообещающий, но обещания ещё нужно выполнить. Для каждого отдельного класса социальных куматоидов нужно показать, какая программа в них заложена, из какого образца она исходит, как транслируется эта про- грамма и т.д. Вот тогда, быть может, мы узнаем что-то новое о тех или иных социальных явлениях. Пока перед нами только обещания [9]».

 

«По традиции, поскольку само понятие деятельности формировалось из понятия «поведение», деятель- ность как таковую в большинстве случаев рассматривали как атрибут отдельного человека, как то, что им произ- водится, создается и осуществляется, а сам человек в соответствии с этим выступал как «деятель». И до сих пор большинство исследователей – психологов, логиков и даже социологов, не говоря уже о физиках, химиках и биологах, – думают точно так; само предположение, что вопрос может ставиться как-то иначе, например, что де- ятельность носит безличный характер, кажется им диким и несуразным. Но есть совершенно иная точка зрения. Работы Гегеля и Маркса утвердили рядом с традиционным пони- манием деятельности другое, значительно более глубокое: согласно ему человеческая социальная деятельность должна рассматриваться не как атрибут отдельного человека, а как исходная универсальная целостность, значи- тельно более широкая, чем сами «люди». Не отдельные индивиды тогда создают и производят деятельность, а наоборот: она сама «захватывает» их и заставляет «вести» себя определенным образом. По отношению к частной форме деятельности – речи-языку – В. Гумбольдт выразил сходную мысль так: не люди овладевают языком, а язык овладевает людьми

 

Известный линг- вист Ю.М. Лотман пришёл к выводу о существовании во многом подобного универсума семиотических объек- тов и невозможности выделения из него простейших элементов: «Современная семиотика переживает процесс пересмотра некоторых основных понятий. Общеизвестно, что у истоков семиотики лежат две научные традиции. Одна из них восходит Пирсу – Моррису и отправляется от понятия знака как первоэлемента всякой семиотической системы. Вторая основывается на тезисах Соссюра и Пражской школы и кладет в основу антиномию языка и речи (текста). Однако при всем отличии этих подходов в них есть одна существенная общность: за основу берется простейший, атомарный элемент, и все последующее рассматривается с точки зрения сходства с ним. Так, в первом случае в основу анализа кладется изолированный знак, а все последующие семиотические феномены рассматриваются как последовательности знаков. Вторая точка зрения, в частности, выразилась в стремлении рассматривать отдельный коммуникативный акт – обмен сообщением между адресантом и адреса- том – как первоэлемент и модель всякого семиотического акта. В результате индивидуальный акт знакового обмена стал рассматриваться как модель естественного язы- ка, а модели естественных языков – как универсальные семиотические модели, самое же семиотику стремились истолковать как распространение лингвистических методов на объекты, не включающиеся в традиционную лингвистику. Эту точку зрения, восходящую к Соссюру, с предельной четкостью выразил покойный И. И. Рев- зин, предложивший в прениях на второй Летней школе по вторичным моделирующим системам в Кяэрику (1966) такое определение: «Предметом семиотики является любой объект, поддающийся средствам лингвисти- ческого описания». Такой подход отвечал известному правилу научного мышления: восходить от простого к сложному – и на первом этапе безусловно себя оправдал. Однако в нем таится и опасность: эвристическая целесообразность (удобство анализа) начинает восприниматься как онтологическое свойство объекта, которому приписывается структура, восходящая от простых и четко очерченных атомарных элементов к постепенному их усложнению. Сложный объект сводится к сумме простых.

 

Ни одна из них, взятая отдельно, фактически не работоспособна. Они функционируют, лишь будучи по- гружены в некий семиотический континуум, заполненный разнотипными и находящимися на разном уровне ор- ганизации семиотическими образованиями. Такой континуум мы, по аналогии с введенным В. И. Вернадским понятием «биосфера», называем семиосферой. Следует предупредить против смешения употребляемого В. И. Вернадским термина «ноосфера» и вводимого нами понятия «семиосфера» [16]»

 

Выделение и исследование элементарных социальных программ, представляющих собой сложные эста- фетные структуры, и стало для Розова непреодолимым барьером.

 

«Объединяющим началом для всех видов управления в живой и неживой природе Н. Винер считал ин- формацию, существующую в двух видах. Он же ввёл понятие «бит», характеризующее единицу информации. Н. Винер определил информацию как обозначение содержания, полученного из внешнего мира в процессе приспо- собления к нему наших чувств

ЭВМ от человека: машины могут правильно работать в том случае, если получают от человека необходи- мую им информацию и в самой точной форме. Следовательно, характер информации, вводимой в машину, дол- жен быть точно определен и заранее известен человеку. А живые организмы получают необходимую им инфор- мацию благодаря постоянному взаимодействию с природой. Возникновение способности перерабатывать ин- формацию в живых организмах есть исторически развивающийся процесс. Винер показал, что сущность инфор- мации заключается в способности систем с памятью к саморазвитию

Существует три уровня изучения наук, связанных с исследованием свойств знаков и систем: – синтаксический, рассматриваются внутренние свойства сообщений; – семантический, анализируется смысловое содержание сообщения, его отношение к источнику инфор- мации; – прагматический, рассматривается потребительское содержание сообщения, его отношение к получате- лю

 

Среди работ, касающихся проблем меметики, следует особо выделить книгу известного физика, специа- листа по квантовым вычислениям Д. Дойча «Структура реальности [23]». В этой книге рассмотрены, в частно- сти, свойства различных типов репликаторов, а также введено понятие активного репликатора: «Репликатор – это любой объект, который побуждает определенные среды его копировать». <…> Репликатор побуждает свою среду к тому, чтобы она его скопировала: то есть, он делает причин- ный вклад в свое собственное копирование.

 

Сравнение жизни с человеческой технологией виртуальной реальности несовершенно. Во-первых, хотя гены, как и пользователь виртуальной реальности, находятся в среде, подробное строение и поведение которой определены программой (которую и заключают в себе сами гены), гены не ощущают нахождения в этой среде, потому что они не способны ни чувствовать, ни ощущать. Поэтому, если организм – это передача в виртуальной реальности, определяемая его генами, то это пере- дача без зрителей. Кроме того, организм не просто передается, он создается. Для этого недостаточно «обмануть» ген, чтобы он поверил, что вне его есть организм. Организм там действительно есть. Однако эти отличия не важны. Как я уже сказал, вся передача в виртуальной реальности физически про- изводит передаваемую среду. Внутренняя часть любого генератора виртуальной реальности в процессе передачи – это в точности реальная физическая среда, произведенная, чтобы иметь свойства, определенные в программе. Дело в том, что мы, пользователи, иногда интерпретируем то, что дает похожие ощущения, как другую среду.

Семантическая информация – это информация, которая изменяет передачу (отображение) реально- го мира в данном генераторе виртуальной реальности посредством сигналов другого генератора, находя- щегося в общей для них информационной среде. При этом информация может передаваться как при непо- средственном контакте, так и с помощью различных носителей информации, в т.ч. – посредством генети- ческого кода. Информационной средой, в которой происходит обмен семантической информацией в человеческих со- обществах, является семантический метагеном [25], [26].

 

В общем случае обмен семантической информации в человеческих сообществах происходит с помощью «информационных файлов», включающих социальные эстафеты, мемы и промемы. Такие информационные об- разования обозначены в работе «О семантической информации» [27] термином эстафема. При этом конкретное сообщение может содержать только одну или две из перечисленных составляющих.

 

Куматоид – это объект, сохраняющий в качестве инварианта свою функцию (или совокупность функций) в процессе замены тех его структурных элементов, которые обеспечивают реализацию данной функции (совокупности функций). Неотъемлемая составляющая куматоида – механизм восстановления (репарации) инварианта при нарушениях его целостности. Восстановление происходит на основе информации, носитель которой мо- жет, как входить в состав данного куматоида, так и находиться во внешней среде. Согласно данному определению такие природные явления, как смерч и лесной пожар куматоидами не яв- ляются. Однако подобные явления, являющиеся, как показал нобелевский лауреат И.Пригожин, результатом сильно неравновесных процессов, – необходимое условие возникновения жизни (и, соответственно, куматои- дов):

 

Однако неравновесные процессы, хотя и необходимое, но недостаточное условие возникновения жизни. Как она возникла – пока не знает никто, однако недавние исследования в этой области, выполненные британ- ским учёным Д. Сазерлендом, позволяют говорить о поворотной точке в науке о происхождении жизни [28]. Органические соединения, образующиеся в результате подобных процессов, – предшественники живого. Однако для того, чтобы приблизиться по свойствам к живым организмам, необходимо чтобы в этих структурах появились механизмы, «замыкающие петлю положительной обратной связи». Именно такими свойствами и об- ладают куматоиды. Наряду с другими науками исследованием процессов возникновения жизни занимается также эволюци- онная кибернетика. Из работ, посвящённых данной проблеме и, в частности, формированию обратных связей в биологических структурах, следует выделить труды нобелевского лауреата М. Эйгена (теория гиперциклов), а также известных учёных В.А. Ратнера и В.В. Шамина (теория сайзеров) [29].

 

Жизнедеятельность животных – это деятельность, всегда связанная с внешней для данного организма средой (экологической нишей). Всем животным приходится добывать пищу, защищаться, охранять границы тер- ритории, искать брачных партнеров, заботиться о потомстве. Всё это было бы невозможно, если бы не суще- ствовали системы и средства коммуникации, или общения, животных. Коммуникация имеет место, когда живот- ное или группа животных подают сигнал, вызывающий ответную реакцию. Передача информации о такой деятельности происходит в форме промемов – условных сигналов, адек- ватное восприятие которых обусловлена общностью информационной среды, что обеспечивается идентично- стью самих геномов (при размножении делением) или их идентичностью в части, касающейся коммуникации (при половом размножении). Исключение – промем генома, который содержит как информацию о возможной деятельности в данной среде, так и информацию об условных сигналах, связанных с этой деятельности. Другая особенность промема генома – в возможности передачи семантической информации между поколениями организмов.

 

Изменение ДНК вида, касающееся наследуемых сложных форм поведения, – очень длительный и сложный процесс, поэтому оперативные изменения генома, при возникновении такой необ- ходимости, оказались практически невозможными

 

Важно, что при этом способность к обучению была закреплена посредством обычных генетических структур, что подтверждает неразрывную взаимосвязь этих двух способов передачи наследственной информа- ции в едином процессе. Смысл передаваемой информации остался тем же – формирование и закрепление слож- ных форм поведения, что позволяет с полным основанием говорить о дополнительной функции головного мозга высших животных – сохранении и передаче части наследственной информации, определяющей сложные формы поведения.

 

Данный вывод подтверждается общеизвестными фактами. Так в работе «Инстинкт и социальное поведе- ние» известный учёный А.И. Фет описывает передачу взаимосвязанных сложных форм поведения, причём одна из составляющих поведения передаётся посредством генома, а вторая – с помощью обучения: «В геноме программируются не только способы поведения, но и некоторые виды обучения. Способы обу- чения часто требуют участия других особей. Например, при рождении котенок наделен инстинктивной про- граммой, побуждающей его ловить движущиеся мелкие предметы; но поедание пойманных предметов не входит в эту программу – вероятно, потому, что распознавание их съедобности входит в другую программу. Если коте- нок встретится с мышами, он будет их ловить, но не будет есть. У кошки-матери, в свою очередь, есть врожден- ная программа, побуждающая её учить котенка есть пойманных мышей и других подобных животных. Обе эти программы сочетаются в поведение, нужное для питания; котенок, выращенный без матери, или с матерью, но в отсутствие мышей, будет их ловить, но не будет есть. По-видимому, здесь ловля добычи отделена от распозна- вания съедобности. Вся эта последовательность действий, включая обучение детенышей, «предусмотрена» ге- номом [30]

 

Однако для того, чтобы стала возможным передача информации о любой деятельности, необходимо было появление в эволюции ещё одного механизма – механизма самосознания. Самосознание включает в себя процес- сы самопознания, самоидентификации и самоопределения. В последнее время появляется всё больше сообщений о наличии элементов самосознания у животных. Так, например, ученые из Колледжа Олбрайт в результате исследований установили, что обезьяны могут обла- дать метапознанием (самопознанием) [31]. Такие выводы подтверждаются результатами многолетних исследований известного приматолога С. Сэ- ведж-Рамбо, которая с помощью специальной методики смогла довести интеллектуальный уровень некоторых подопытных приматов до уровня двух-трёхлетнего ребёнка [32]. Без наличия у приматов элементов самопозна- ния такие результаты были бы попросту невозможны.

 

Самопознание у людей начинается в очень раннем детстве, но тогда имеет совершенно особые формы и содержание. Сначала ребенок учится отделять себя от физического мира – он пока не знает, что относится к его телу, а что – нет. Позднее он начинает осознавать себя уже в другом смысле – как члена социальной микрогруп- пы. Но и здесь поначалу наблюдается сходное явление: он еще плохо отделяет себя от других, что выражается в известном детском эгоцентризме: в сознании ребенка он сам – как бы центр социального микромира, а другие существуют, чтобы «обслуживать» его. Наконец, в возрасте подростковом начинается осознание «духовного Я» – своих психических способностей, характера, нравственных качеств. Этот процесс сильно стимулируется ак- тивным усвоением слоя культурного опыта, который выражает обобщенную работу поколений в решении ду- ховных и нравственных проблем [33].

 

Ковиртуальность – пребывание в единой виртуальной реальности при взаимодействии людей друг с дру- гом [35].

, высказывание В. Гумбольдта о том, что «не люди овладевают языком, а язык овладевает людьми» следует расценивать не иначе, как оригинальный способ обратить внимание на то, что исследовать язык и людей в качестве независимых составляющих общества в принципе невозможно

 

в работах К.Маркса и Ф.Энгельса идеологии рассматриваются как некий внутрен- ний компонент экономического знания, получивший у Маркса название «вульгарной науки». Речь идет о спосо- бах рассуждения, в которых фиксируется единство человека и его праксиса как ограниченного реально, но в идеологической иллюзии переносимой на всеобщее

 

Социомемы – это семантические репликаторы, основными функциями которых являются созда- ние, вербализация и репликация в сообществах виртуальных реальностей. Техномемы – это семантические репликаторы, основными функциями которых являются создание, вербализация и репликация в сообществах устройств и технологий, предназначенных для эффективного взаимодействия с внешней средой.

 

существует целый класс социальных куматоидов, для которых требование, которое сфор- мулировал проф. Никифоров, вполне выполнимо – это социальные куматоиды, предназначенные для взаимодей- ствия с внешней средой. Техника, входящая в состав таких куматоидов и непосредственно взаимодействующая с внешней средой, не может быть семантически неадекватной, поскольку была бы попросту неработоспособной. Другими словами – техномемы, которые могут иметь материальное воплощение, работоспособное в своей обла- сти применения, адекватны константной реальности. В этом их принципиальное сходство с живыми организма- ми: генетическая информация которых семантически адекватна экологической нише, в которой существует дан- ный организм.

 

Согласно этой парадигме всё, что мы называем реальностью, имеет меметическую природу: «Все определения, которые даются предметам, являются мемами, а не Истиной. Понятие атома – мем, изобретенный в Древней Греции. Представление о составных частях атома и те сложные формулы квантовой физики, которыми они описываются, на самом деле являются более свежим набором мемов.

 

: при длительном взаимодействии с искусственной информационной средой (средой технопромемов) у подростков существенно ухудшается способность к со- зданию виртуальных моделей различных ситуаций, поскольку данная среда уже содержит такие (причём примитивные) модели в готовом виде. Проведённый в настоящей работе анализ позволяет однозначно определить основной признак способно- сти к самостоятельному мышлению – это способность к формированию адекватной виртуальной модели ситуа- ции. Адекватность модели должна обеспечиваться использованием фактов, которые усваиваются учеником в процессе обучения Соответственно контроль процесса обучения должен включать проверку этой способности

Мемы&медиавирусы

Loading...